У нас снова массовый сеанс. Только теперь — по разоблачению дураков.
Анатолий Кашпировский умер 3 октября, в возрасте 87 лет.
И стоило появиться этой новости, как в соцсетях пошла волна воспоминаний о конце восьмидесятых и начале девяностых.
Телевизер. Кашпировский. Миллионы зрителей.
И, разумеется, все вокруг — идьёты:
«Как можно было в это верить?!»
«Какой же наивный был народ!»
«Вся страна сидела перед телевизором и ждала чуда!»
«Вот я-то конечно не такой!» — громогласно заявляет автор очередного разоблачительного поста.
Он-то умный, в отличие от миллионов остальных.
И вот тут мне хочется немного испортить праздник этого всеобщего интеллектуального превосходства. Выскажу своё непопулярное мнение, и можете закидать меня тапками.
Для начала, имеет смысл разобраться, кем вообще был этот человек. Только ли персонажем из анекдотов про заряженную воду (которую, кстати, «заряжал» Чумак, но who cares?).
Кашпировский был врачом. Психиатром, психотерапевтом. Человеком с многолетним опытом клинической практики.
А также, человеком, который в конце восьмидесятых попытался вынести психотерапевтическое воздействие за пределы кабинета врача — в телевизор.
В 1988 году состоялся телемост Москва — Киев, когда во время операции Кашпировский участвовал в обеспечении психологического обезболивания.
В 1989-м — ещё один телемост, Киев — Тбилиси. Две операции.
Плюс телесеансы на федеральном канале в прайм-тайм (хотя, кто тогда знал это слово?))
Да, вокруг этих событий до сих пор много вопросов. И сам факт операции не доказывает, что данный метод безопасен, воспроизводим и подходит всем или многим пациентам.
Но, чьёрт побъери! Это были реальные попытки исследовать возможности дистанционного психологического воздействия ещё в ПРОШЛОМ, мать его, ВЕКЕ!!
Сегодня мы спокойно работаем с людьми через экран.
Онлайн-консультации, групповая и индивидуальная психотерапия на расстоянии, вебинары, телемедицина — уже привычная часть жизни в 21м веке.
А Кашпировский, опережая своё время, был одним из тех, кто почти 40 лет назад не побоялся очень громко и наглядно поставить вопрос о том, обязательно ли врачу и пациенту находиться в одной комнате, чтобы психологическое воздействие вообще было возможно?
И стоит отметить тот факт, что данный феномен захватывал не только восторженных зрителей с письмами о чудесном исцелении.
Наталья Петровна БЕХТЕРЕВА.
Академик. Нейрофизиолог. Человек, посвятивший жизнь исследованию мозга.
Она и её научное окружение изучали, что происходит с человеком под влиянием внушений Кашпировского, в том числе, как меняется восприятие боли.
Бехтерева высоко оценивала его способности к внушению и считала эти эффекты достойными дальнейшего изучения.
И это, на мой взгляд, гораздо интереснее, чем очередной стёб про доверчивых советских граждан.
Некоторое время назад я решила переслушать старые сеансы Кашпировского. У меня, как у гипнотерапевта, проснулся профессиональный интерес и захотелось разобраться и понять, что же на самом деле он делал и что происходило на его сеансах.
И многое из того, что раньше могло выглядеть загадочным, мистическим или шарлатанским, теперь для меня вполне узнаваемо: работа с вниманием, внушением, ожиданиями, реакциями человека. Да, это и есть один из вариантов гипнотерапии в действии.
За внешне простыми словами я вижу вполне понятную профессиональную логику.
И да, как специалист по внушению он точно заслуживает внимания.
Я вполне допускаю, что людям действительно становилось легче.
Психика способна влиять на восприятие боли, тревогу, самочувствие. Эффекты внушения, равно как и плацебо, никто не отменял! 
Однако…
Несмотря на всё вышесказанное, и ошибку выжившего тоже никто не отменял: мы слышим тех, кому, по их словам, стало лучше, но не имеем информации об остальных.
Соответственно, мы не видим всей картины целиком. Не знаем каково процентное соотношение тех, кому он помог или не помог. Были ли те, кому его деятельность нанесла вред?
По своему опыту могу сказать, что основной потенциальный вред я тут усматриваю не столько в деятельности Кашпировского, сколько в поиске чуда и волшебной таблетки самими пациентами.
Довольно частая история, когда вместо того, чтобы идти традиционным путём (когда это действительно необходимо), человек начинает искать чудесатые чудеса (целителей, шаманов, гипнотизёра, ясновидящего, который щас придёт и одним взмахом всё починит). На этом пациент теряет драгоценное время, а последствия могут быть достаточно плачевны. Были ли такие случаи у Кашпировского? Этого мы не знаем, и уже не узнаем, но статистически вполне допускаю, что были.
Письма благодарных зрителей — это прекрасно! Но они не заменяют реальных клинических исследований с понятными оцифрованными результатами и прогнозируемой воспроизводимостью.
Так что нет, я не предлагаю ставить Кашпировского на пьедестал спасителя человечества. Но и записывать его в категорию «шарлатан из девяностых» — интеллектуально лениво и слишком примитивно. Потому что тогда мы обесцениваем и выбрасываем тот феномен, который действительно стоило изучать.
Мне кажется, история Кашпировского заслуживает куда более сложного исследования. О возможностях внушения. О границах психотерапии. О медицинской ответственности. О том, почему люди так отчаянно хотят верить в чудо.
И ещё… о нашей удивительной способности задним числом чувствовать себя умнее целой эпохи.
Особенно когда уже известно, чем всё закончилось.
А вы как считаете: можно признавать профессиональное мастерство человека и его историческую роль, не соглашаясь при этом с какими-то из его подходов и заявлений?
Или нам обязательно нужно выбрать одну из двух кнопок: «гений» либо «шарлатан»?
